" />
Точка зрения ФРС на ситуацию в бухгалтерском учете
Банки - Банки
20.10.2009

ImageРечь Члена Совета Управляющих Элизабет Дюк На Национальной конференции Американского института дипломированных бухгалтеров (AICPA) по банкам и сберегательным организациям Вашингтон, округ Колумбия 14 сентября 2009г.

Доброе утро. Я хочу поблагодарить AICPA за приглашение выступить на конференции. В течение многих лет эта конференция служила важным форумом по обмену мнениями по вопросам регулирования, проблемам бухучета и аудита, новым бухгалтерским стандартам.

Конференция этого года проводится в ответственный период времени: регуляторы и политики оценивают возможные изменения, которые можно было бы внести для устранения слабых мест, обнаженных недавним финансовым кризисом. В то же время разработчики стандартов бухучета предлагают изменения, которые, в свою очередь, будут влиять на стандарты регулирования. Эти изменения помогут задать скорость и устойчивость возрождения мировой финансовой системы. Далее, бухгалтерские и надзорные изменения, которые будут приняты сейчас, помогут сформировать будущие бизнес-модели для финансовых институтов, и таким образом, повлиять на доступность кредита. Важно обеспечить, чтобы такие перемены облегчили, а не затруднили процессы принятия решений, который лежат в основе финансового посредничества и экономической активности.

Я бы хотела остановиться сегодня на существующих и предлагаемых стандартах учета, которые, как я считаю, будут иметь наибольшее влияние на работу банковской системы США и надзор за ней. Прежде чем начать, я бы хотела определить мою точку зрения на эти вопросы. С учетом моего послужного списка как коммерческого банкира, я считаю первостепенным по важности, чтобы режим учета напрямую связывал финансовое состояние согласно отчетности с бизнес-моделью и экономическими задачами фирмы. Мне трудно признать ценность такого учетного режима, который бы не делал такой увязки.

Как регулятор, я концентрируюсь на отдельных финансовых институтах и финансовой системе в целом. Если честно, то меня ставили в тупик попытки (тщетно) оценить перспективы организаций, когда стоимость активов приходилось базировать на характере их приобретения, а не на том, как ими управляют или том, как будет реализована их экономическая ценность.

И наконец, как лицо, принимающее решения в области экономической политики, я полностью понимаю роль финансовых организаций как неотъемлемой части нашей экономики. Такую же важную роль играют те фирмы, которые торгуют, и те, которые дают в долг, и секьюритизационные рынки. И я считаю, что совершенно разумным было бы ввести различия между ними в бухгалтерских подходах, чтобы облегчить финансовое посредничество и стимулировать экономическую активность. Соответственно, я в основном остановлюсь на учете по справедливой стоимости и учете резервов по кредитам.

Хочу напомнить, что все высказываемые здесь взгляды являются моими личными и не обязательно отражают точку зрения моих коллег по ФРС.

Адекватность и надежность

Я думаю, что будет полезно обсудить существующие и предлагаемые стандарты бухучета, вначале рассмотрев понятия адекватности (релевантности) и надежности.

Что касается адекватности, то принцип измерения должен отражать способ, которым организации реально используют финансовые инструменты. В этой связи, бизнес-модель и подход к риск-менеджменту, принятые в отчетной организации – как и способ, каким ценность самого инструмента будет, скорее всего, реализована – должны быть учтены при определении принципа измерения.

Если бизнес-модель основана на торговле финансовыми инструментами, или других стратегиях, которые, по сути, основаны на краткосрочных ценовых движениях, тогда справедливая стоимость адекватна. В торговой бизнес-модели отражение в отчетности справедливой стоимости концентрирует риск-менеджмент на краткосрочных ценовых движениях , и в большинстве случаев стимулирует менеджмент к оценке «аппетита к риску» данной организации и к поискам путей смягчения рисков, через хеджирование или другие способы. Справедливая стоимость также стимулирует организацию к накоплению и поддержанию капитала на уровнях, достаточных для страхования ценовой волатильности ее активов. Например, если бизнес-модель заключается в “выдаче (кредитов) и их продаже», то справедливая стоимость имеет адекватность.

В противоположность этому, если бизнес-модель основана на реализации экономической ценности инструмента через возврат основной суммы и дохода в течение срока жизни данного финансового инструмента, то справедливая стоимость менее адекватна. Предположим, банк финансирует операции коммерческого предприятия. Реализация ценности произойдет путем денежных потоков, связанных с возвратом кредита. Риск-менеджмент основан на оценке кредитоспособности заемщика и способности банка финансировать обязательства до срока погашения займа. В этом случае бухгалтерский учет должен мотивировать финансовую организацию к поддержанию достаточных средств, чтобы держать инструмент до погашения, а также поддерживать достаточный капитал для покрытия потенциальных убытков по кредитам в течение кредитного цикла, желательно в рамках установленного размера резерва. На самом деле, использование понятия справедливой стоимости могло бы создать антистимул для кредитования малого бизнеса, чьи кредитные характеристики не так легко оценить на открытом рынке.

Утверждается, что есть случаи использования аргумента, связанного с бизнес-моделями, для манипулирования результатами учета. Но действия таких организаций не умаляют адекватности бизнес-модели для выбора принципа измерения. На самом деле, со временем, если модель оценки не адекватна для данной бизнес-модели, то сама бизнес-модель, скорее всего, изменится. Урок, который может быть получен от таких манипуляций – это то, что мы – составители, пользователи и проверяющие финансовой отчетности - должны быть бдительны при оценке реальной деловой практики, и ограничивать использование того или иного принципа измерения адекватными бизнес-моделями.

Для этой цели надо внедрить систему защитных мер, которые бы свели на нет способность организаций преувеличивать доходы и занижать убытки путем перепрыгивания с одной бизнес-модели на другую, или путем переклассифицирования активов из одного бизнес-сегмента в другой. Например, с точки зрения регулятора, активы в резерве ликвидности финансового института, по своей природе, подразумевают получение экономического результата от их использования через их продажу, и должны быть оценены по рыночной стоимости.

В плане надежности, принцип измерения должен отражать способность всех типов организаций рассчитывать стоимость с разумной степенью доверительной вероятности в течение экономического цикла и срока жизни финансовых инструментов. Достаточная надежность присутствует, когда справедливая стоимость финансового инструмента может быть сформирована на активном рынке. Вы, бухгалтера, называете такие наблюдаемые факторы определения справедливой стоимости как "уровень первый". Когда активный рынок данных инструментов отсутствует, и мы переходим к так называемым факторам второго и третьего уровня, способность организации получить справедливую стоимость, или оценку справедливой стоимости в пределах разумного диапазона значений для данного инструмента существенно уменьшается. Как показал нам недавний финансовый кризис, справедливая стоимость финансового инструмента может варьироваться в очень широких пределах среди организаций, работающих на одинаковых рынках. А существование широкой вариабельности в оценочных моделях делает сравнения между организациями трудными, если не сказать подозрительными.

Надежность амортизируемой стоимости не столь проблематична. Амортизируемая стоимость – это просто сумма, уплаченная за приобретение финансового актива, скорректированная на дисконт или премию. Все организации рассчитывают амортизируемую стоимость по одной формуле. Конечно, амортизируемая стоимость – не панацея. Фирмы покупают активы в разное время, и сроки ожидаемых изменений денежных потоков могут привести к разным оценкам одного и того же инструмента. Если получение будущих платежей сомнительно, следует оценивать ухудшение качества.

Использование резерва для покрытия кредитных убытков помогает различать между суммами, подлежащими уплате по контракту, и платежной неопределенностью, созданной экономическими условиями или качествами данного конкретного заемщика. Существующие стандарты бухучета позволяют создавать кредитные резервы только для убытков, которые имеют большую вероятность быть реализованными в краткосрочном периоде. Кредиторы часто корректируют кредитные стандарты для достижения доходности по займу с учетом оценки потерь по всему кредитному циклу. Таким же образом, они должны быть способны оценивать резервы по всему циклу столь же надежно, как и краткосрочные убытки.

Стресс-тестирование

Вопросы учета имеют первостепенное значение для оценки регуляторами состояния финансовых организаций. Программа надзорной оценки капитала (более известная под названием «стресс-тестирование») дает возможность взглянуть на будущее банковского надзора, а также позволяет выделить некоторые неоднозначные вопросы бухгалтерского учета, с которыми регуляторы столкнулись при оценке достаточности капитала. Стресс-тест проводился одновременно в 19 финансовых институтах США. Обследование проводилось под руководством Федрезерва, но в нем принимали участие также и другие банковские регулирующие и надзорные органы. По сути, мы сосредоточились на трех ключевых блоках информации – чистая выручка до образования резервов, потенциальные убытки и конечный собственный капитал.

Чистая выручка до образования резервов и потенциальные убытки оценивались при двух разных экономических сценариях – базовом и более неблагоприятном. Что важно – убытки в торговых портфелях оценивались с использованием индикаторов финансовой нагрузки и рыночной волатильности, тогда как убытки в кредитных портфелях оценивались с использованием экономических индикаторов вероятности дефолта и прогнозов цен на активы, с тем, чтобы оценить серьезность возможного ущерба. Таким способом стресс-тест придерживался принципа адекватности, а исторические данные обеспечили некоторую степень надежности. Стресс-тест был прогнозным инструментом с оценкой убытков на два года вперед: 2009 и 2010. С учетом того, что у этого двухлетнего периода был шанс стать одним из наиболее тяжелых периодов нашей экономической истории, оценки потерь по кредитам дали бы более точный прогноз убытков в течение цикла, чем суммы резервов, рассчитанные по существующим стандартам бухучета.

Три банка из тех, которые участвовали в стресс-тестах, ранее приобрели значительные портфели кредитов путем различных деловых комбинаций (сделок по слияниям и поглощениям и подобных). С учетом ликвидации метода объединения долей, введения Отчета о Позициях (AICPA Statement of Position 03-3, или сокращенно SOP 03-3), и запрета на создание резервного фонда по приобретенным кредитным пулам, задача определения кредитного риска, который уже был заложен в учетной стоимости таких приобретенных кредитов, представлялась достаточно сложной. По сути, мы должны были определить уровень кредитного риска, который бы присутствовал, если бы мы считали по методу объединения долей, и корректировать полученные результаты по различным экономическим сценариям. Коррекция наших расчетов по таким портфелям для отражения чистой выручки до создания резервов, потерь по кредитам, и капитала оказалась сложной задачей. Я думаю, так же трудно было бы аналитикам и инвесторам проделывать такую работу, например, для определения стандартов и оценки работы отдельного банка в течение некоторого периода времени, или сравнения работы двух и более банков. В данном случае, я считаю, что в банковской системе произошло некоторое снижение транспарентности, и мы потеряли ценную кредитную информацию по приобретенным портфелям кредитов.

Я думаю, что проект по Раскрытию Потерь по Кредитам, прорабатываемый сейчас в Совете по Стандартам Бухгалтерского Учета (FASB), является попыткой обеспечить предоставление некоторой части такой информации путем (1) требования большей степени раскрытия кредитных рисков вообще, и (2) требования раскрытия общей учетной стоимости и общей невозвращенной суммы принципала кредитов по неблагополучным займам (FAS 114), как для займов с резервированием под кредитные убытки, так и без такого резервирования. Однако резервное покрытие и коэффициенты убытков рассчитываются с использованием сумм, отраженных в финансовых отчетах. Разные подходы к портфелям, приобретенным посредством деловых комбинаций, и портфелям собственных выданных кредитов, затруднят сравнение и со временем сделают нормы и средние значения малозначимыми цифрами.

При расчете требований к капиталу мы рассматривали забалансовые юридические лица так, как будто они учитывались на балансе. Мы проконсультировались с FASB насчет последних тенденций в учете, спросив у них, что было бы консолидировано согласно правилам бухучета, которые готовились ими к выпуску.

Обобщая, скажу, что в данном стресс-тесте мы проанализировали состояние 19 финансовых посредников, занимающихся как торговыми, так и кредитными операциями. Мы проводили этот анализ от имени американского налогоплательщика, который стал основным инвестором в данных организациях. Мы проанализировали их таким образом, при котором, на мой взгляд, получили наилучшие показатели их деятельности и характерного для них риска:

  • Мы оценили торговые активы на основе справедливой стоимости;
  • Мы оценили кредитные активы на основе прогнозируемых потерь при неблагоприятном кредитном цикле;
  • Мы оценивали активы на базе того, как они управлялись, а не того, каким способом они приобретались; и
  • Мы включили в оценку как балансовые, так и забалансовые активы.

И наконец, мы использовали этот анализ для оценки капитального буфера, необходимого для защиты данной организации в случае неблагоприятного сценария. Мы опубликовали как нашу методику, так и результаты. Хотя обычно я твердо выступаю против опубликования конфиденциальной надзорной информации, в данном случае мы смогли отреагировать на высокую степень неопределенности и спекуляций, сделав наши результаты доступными для широкой публики. Доверие рынка, как нам показалось, повысилось после публикации результатов и последующего успешного наращивания капитала данными фирмами.

Теперь, когда доверие в некоторой степени восстановлено, а финансовые проблемы постепенно решаются, настало время обратить наше внимание на уроки, преподанные кризисом. И спросить: Как предотвратить будущие кризисы? Разработчики стандартов бухгалтерского учета, регуляторы, и политики во всем мире обсуждают и предлагают превентивные меры. Задача сейчас состоит в том, чтобы объединить эти меры так, чтобы получить цельную, не конфликтующую систему подходов.

Вопросы бухгалтерского учета, выявленные во время кризиса

Несколько групп проанализировало роль, которую сыграл бухучет во время кризиса, и выработало рекомендации по усилению стандартов учета и процесса принятия стандартов. Хотя бухучет не был причиной финансового кризиса, некоторые принципы учета, такие, как использование справедливой стоимости для неликвидных финансовых инструментов и модель для определения неблагополучия займов и долговых ценных бумаг, привлекли серьезное внимание. В ходе кризиса было гораздо меньше реальных рыночных сделок, которые можно было использовать для определения справедливой стоимости. На пике кризиса активность на рынке была так низка, что серьезно рассматривался отказ от использования справедливой стоимости на некоторый период времени. Даже сейчас продолжаются дебаты о том, является ли справедливая стоимость надлежащим мерилом стоимости долговых ценных бумаг и других финансовых инструментов, особенно на неактивных рынках.

Подобным образом, серьезные вопросы возникали относительно подходов, используемых для определения неблагополучных займов и некоторых долговых ценных бумаг во время кризиса. Некоторые эксперты говорили, что применяющиеся подходы демотивировали фирмы от более раннего признания кредитных убытков, и искусственно требовали признания убытков от долговых бумаг. Разработчики стандартов ответили на это руководством по определению справедливой стоимости в условиях рыночного кризиса и определением неблагополучия финансового инструмента. Это был сложный период для специалистов, которые готовили финансовую отчетность, пользователей такой отчетности, разработчиков стандартов и регуляторов.

Новые подходы FASB и IASB, находящиеся в процессе разработки

Разработчики стандартов сейчас активно заняты дискуссиями о надлежащих принципах учета и измерения стоимости финансовых инструментов. В настоящее время и FASB, и Международный Совет по Стандартам Бухгалтерского Учета (IASB) разрабатывают подходы, которые в важных аспектах отличаются другу от друга.

По подходу FASB, все финансовые инструменты (активы и обязательства) должны оцениваться по справедливой стоимости согласно информации отчета от доходах или о «прочих совокупных доходах» (other comprehensive income). Это означало бы, что бизнес-стратегия организации по инвестированию в ценные бумаги и выдаче займов не принималась бы во внимание. FASB хочет раскрыть амортизированную стоимость таких финансовых инструментов в балансе наряду со справедливой стоимостью, однако здесь не все так просто. Подход FASB привел бы к изменению отчета о доходах, включив в него все изменения в справедливой стоимости независимо от того, включены ли они в «прочие совокупные доходы». Отражение рыночных колебаний стоимости всех активов в отчете о доходах (прибылях и убытках) значительно увеличило бы волатильность отчетности банков о своих доходах, что привело, скорее всего, к изменениям в практике риск-менеджмента. В крайних случаях, такой подход заставил бы всех финансовых посредников принять на вооружение трейдерскую бизнес-модель, или бизнес-модель инвестиционного банка.

С другой стороны, подход IASB измеряет финансовые инструменты по амортизированной стоимости, если они имеют характеристики базового займа и управляются на основе доходности. Согласно такому подходу, характеристики базового займа определены достаточно узко. Например, только самый старший транш секьюритизации актива может оцениваться по амортизированной стоимости. Подобным образом, любой заем с нестандартным резервированием не сможет попасть под оценку по амортизированной стоимости. Такой подход измеряет все прочие финансовые инструменты по справедливой стоимости в основном через отчет о доходах. Имеется узкая область исключений для определения справедливой стоимости определенных стратегических инвестиций через «прочие совокупные доходы». Как и при подходе FASB, в методике IASB отчет о доходах изменяется с тем, чтобы включить туда все изменения в справедливой стоимости, независимо от того, были ли они включены в прочий совокупный доход.

Теперь вы понимаете, что оба рассматриваемых подхода будут значительных отходом от существующей практики. Оба этих предложения вызывают у меня ряд вопросов:

  • С точки зрения адекватности и надежности, подходы FASB и IASB не будут точно отражать банковскую модель традиционного коммерческого банка. На самом деле, встроенные стимулы будут поощрять модель кредитования «выдать, чтобы продать», а не «выдать, чтобы держать».
  • Во-вторых, у нас очень мал опыт использования справедливой стоимости для обязательств. Использование справедливой стоимости для обязательств привносит ряд новых стимулов и рисков для менеджмента.
  • В-третьих, в настоящее время не существует рынка малых коммерческих кредитов, не гарантированных правительством. Отсутствие информации о справедливой стоимости по таким кредитам может фактически демотивировать участников кредитования малого бизнеса.
  • В-четвертых: Небольшие банки, скорее всего, понесут существенные затраты и будут испытывать большие трудности при применении новых стандартов. Но получат ли пользователи финансовой отчетности существенные выгоды?
  • И наконец, эти два Совета планируют обменяться мнениями и рабочими результатами, но не обязаны достичь единого стандарта. Если в США и за границей будут внедрены разные стандарты и по разным временным графикам, то это еще дальше разведет два существующих набора стандартов, и возможно, поощрит какие-то правительственные структуры к введению в приказном порядке такого подхода, который бы сблизил методики у нас и за рубежом.

Как совместить кредитную и трейдинговую модель

Я бы предпочла стандарты, которые признавали и кредитную, и трейдинговую бизнес-модели финансового посредничества, даже если они реализуются внутри одной фирмы. Мой список пожеланий включил бы следующее:

  • Торговые активы показываются по справедливой стоимости, причем потери и выигрыш в рыночной стоимости учитываются в отчете о доходах;
  • Активы, имеющиеся у фирмы в качестве вторичной ликвидности, показываются по справедливой стоимости, причем потери и выигрыш в рыночной стоимости учитываются на счете капитала как «прочие совокупные доходы»;
  • Активы, удерживаемые до погашения и управляемые с точки зрения уровня доходности и дохода на основную сумму кредита во времени, показываются по амортизированной стоимости с образованием резерва, отражающего потенциальные потери по кредиту в течение срока его жизни; и
  • Для консолидированных бизнесов/компаний, одинаковый учет для приобретенных активов и подобных активов на балансе покупателя бизнеса.

Изменения в регулировании

С точки зрения изменений в регулировании, наши существующие основы регулирования капитала должны быть пересмотрены с тем, чтобы обеспечить наличие у банков такого уровня капитала, который был бы достаточен для облегчения процесса кредитования, но с другой стороны, обеспечивал бы безопасную и надежную работу финансового института в течение экономического цикла. Проводится работа по разработке такого подхода, который бы позволил банкам сохранять больше капитала в хорошие экономические времена, и позволять такому излишку, или буферу, уменьшаться в плохие времена, при ухудшении экономического цикла. Цель – иметь такой уровень каптала, который бы был достаточен для поддержки кредитования, одновременно не снижая уровня надежности и безопасности. Здесь трудность состоит в том, чтобы выработать определенный целевой показатель такого излишка, а также определить правильный экономический триггер, сигнализирующий о необходимости снижения такого излишка. Здесь требуется найти тонкую грань.

Кроме того, элементы, которые мы считаем капиталом уровня 1 (tier 1) согласно существующим положениям, требуется пересмотреть. Так как наша концептуальная структура начинается с компонентов собственного капитала согласно общепризнанным принципам бухгалтерского учета (GAAP), мы тщательно оцениваем каждый элемент регулируемого капитала (regulatory capital), который по иному учитывается по правилам регулируемого капитала, чем по правилам GAAP. Например, собственный капитал по GAAP включает аккумулированный прочий совокупный доход (accumulated other comprehensive income - AOCI), а существующая база регулирования нейтрализует воздействие некоторых элементов AOCI, таких как нереализованный выигрыш или убыток от долговых ценных бумаг, удерживаемых для продажи.

И наконец, мы координируем установление стандартов по капиталу с нашими партнерами и коллегами из других стран. В той мере, в которой GAAP и стандарты бухучета в таких странах различаются, наши определения капитала также могут отличаться.

Влияние на секьюритизацию

Наконец, я бы хотела кратко остановиться на учете забалансовых элементов с точки зрения будущего секьюритизационных рынков.

Наша финансовая система стала зависимой от секьюритизации как важного инструмента посредничества. Во время кризиса секьюритизационные рынки остановились. Программа TALF Федрезерва помогла реанимировать активность на некоторых рынках, таких, как ценные бумаги, обеспеченные автокредитами или дебиторской задолженностью по кредитным картам. Однако рынок ценных бумаг, обеспеченных коммерческой ипотекой (CMBS) пока еще очень слаб, а рынок ценных бумаг, обеспеченных новой жилищной ипотекой (RMBS), остается закрытым. И хотя программа TALF была успешной, это краткосрочная программа, которая была предназначена только для того, чтобы рынки и политики могли выиграть время для реструктурирования модели секьюритизации, чтобы в будущем секьюритизационные рынки были более жизнеспособны.

Недавнее соглашение «двадцатки» (G20) призывает к сдерживанию риска, или подходу, предполагающему участие эмитента в секьюритизационных активах (подход, условно называемый «своя шкура в игре» - "skin-in-the-game"). Оно также призывает к установлению более высоких стандартов капитала и коэффициентов левериджа для всех банков. Если требования по сдерживанию риска, в сочетании со стандартами бухучета, регулирующими забалансовые юрлица, сделают невозможным для фирм уменьшение своих балансов посредством секьюритизации, и если, одновременно с этим, коэффициенты левериджа будут ограничивать рост балансов, мы можем столкнуться со значительным уменьшением доступности кредита. Я не дискутирую со стандартами бухучета или общим направлением, куда движется регулирование. Я просто говорю, что все это нужно делать скоординированно, чтобы избежать потенциально возможной ситуации ограничения свободного движения кредитных ресурсов.

Мы будем узнавать больше о влиянии новых правил бухучета на активность в области секьюритизации по мере того, как банки будут внедрять новые стандарты. Мы также больше узнаем о влиянии режима регулирования капитала на активность в области секьюритизации по мере того, как мы будем оценивать реакцию на наши предложения по изменению положений по регулируемому капиталу. В прошлом, правила бухучета и положения в области регулируемого капитала были определяющими для секьюритизационной модели. Пока политики и прочие участники процесса работают, создавая новую основу для секьюритизации, мы должны постараться не попасть в ловушку, когда либо бухучет, либо регулируемый капитал приведут нас к ошибочной модели. Это может означать, что нам, быть может, придется пересмотреть правила бухучета или регулирования капитала с тем, чтобы достичь нашей цели – построить жизнеспособный секьюритизационный рынок. Здоровая экономика нуждается в самых разнообразных инструментах финансового посредничества, и нам надо быть осторожными и не наказывать данный конкретный инструмент за все беды. Нам просто надо сконцентрироваться на улучшении системы мотивации, надзора, ответственности и отчетности.

Заключение

Финансовый кризис, несомненно, высветил необходимость безопасной и стабильной финансовой системы. Чтобы поддержать доверие и привлечь капитал в систему, нам нужна финансовая отчетность, которая обеспечивала бы максимальную прозрачность финансового положения и рисков финансовых посредников. Нам нужен надзор, система регуляторных сдержек, таких как регулируемый капитал (regulatory capital), которые обеспечивают защитный механизм и мотивацию, поддерживая наши цели благоразумного выделения кредитов и устойчивой экономической активности. А система бухгалтерского учета и регуляторного надзора должны признавать и поддерживать все жизнеспособные виды финансового посредничества, независимо от того, действуют ли они в рамках традиционной модели кредитования, торговой модели, секьюритизационной модели или какой-либо иной бизнес-модели. В этой связи, я думаю, что важно в самой отчетности показывать цифры, необходимые для проведения коэффициентного анализа, как по данной фирме по сравнению с другими фирмами, так и по данной компании во временной динамике.

Наконец, я считаю, что разработчики стандартов бухучета, регулирующие органы и законодатели кровно заинтересованы в том, чтобы, работая сообща, разработать механизмы надзора, базу отчетности и прочие элементы оживающей финансовой системы, которые бы работали и стабильно, и эффективно.

 

http://www.fedspeak.ru/

Читать также:

Уроки финансового кризиса для банковского надзора. Речь Бена Бернанке

Речь председателя ФРС Бернанке по результатам "стрес тестов" банков

За год Фонд страхования вкладов США снизился на 77%

Cargill. Кредиторы из Миннесоты

Текущая убыточность украинских банков

Американские банки рвутся на свободу

 
< Пред.   След. >
2007-2016 Сайт Деньга создан чтобы помочь Вам достичь материального благополучия. Материалы сайта раскрывают тематики Инвестиции, Создание собственного бизнеса, Карьерный рост, Образование. Ресурс ориентирован на украинскую аудиторию, но может быть полезен всем. Редакция не несет ответственности за достоверность информации, опубликованной в рекламных материалах. Использование материалов Деньга разрешено только при наличии активной ссылки на главную страницу портала www.denga.com.ua