" />
Ручной надзор: Нацбанк фильтрует неугодных
11.02.2016

ImageНБУ вводит механизмы субъективной оценки в вопросе определения рисковых операций

Нацбанк довел свои полномочия на финансовом рынке до абсолюта. С введением внутренней системы надзора на основании так называемых кластеров и применения оценочных суждений для определения рисковых операций по решению департамента надзора с рынка может быть выведен любой банк.

Финансисты уже говорят, что таким образом создана система по искусственному уничтожению конкуренции в пока еще прибыльных сегментах банковского рынка. И подозревают, что в отечественных реалиях финучреждения будут разделены на любимчиков и изгоев, любые операции которых будут признаваться НБУ  рисковыми.

«У Нацбанка новая «фишка» – они считают, что нормальные банки присутствуют только в первой и второй группах по официальной классификации НБУ. В третьей же и четвертой группах почти все – «помойки», которые нужно закрыть», – объясняет подход НБУ к банковскому надзору председатель правления одного из небольших банков на правах анонимности. По официальной версии, этого требует МВФ, хотя представители фонда говорят лишь о необходимости консолидировать банковский сектор для повышения его стабильности.

Собеседник Forbes утверждает, что НБУ сейчас работает в своеобразном режиме мировосприятия, который можно охарактеризовать как «понятийная эзотерика». «Они считают, что все небольшие банки – это «схемщики». Доказательств нет, но, все равно, схемщики. Это их эзотерика. При этом они готовы разговаривать с нами, только если мы выполняем текущие прихоти Институтской. Это их понятийка», – объясняет он.

На самом деле кластерный анализ в регуляторе хотели ввести достаточно давно. «Если проанализировать методические статьи НБУ, можно сделать вывод о том, что кластерный анализ обсуждается уже несколько лет. В то же время надо понимать, что кластер – это выборка по набору показателей. Но всегда остается вопрос о том, какие показатели учтены в выбранной модели, а какие нет. Поэтому такой анализ всегда субъективен. И это его слабая сторона», – считает экс-член совета НБУ Василий Горбаль.

В дополнение к этому регулятор недавно объявил очередной «крестовый поход» против пунктов обмена валют. И банкиры вынуждены срочно их закрывать, чтобы иметь возможность отрапортовать Нацбанку о соответствии его требованиям.

Причем следование требованиям регулятора со стороны одних банков ведет к тому, что выигрывают другие – те, к кому подобные претензии не предъявляются. Собеседник издания приводит в пример банк «Артем» – он продолжает функционировать благодаря тому, что прислушался к мнению Нацбанка относительно большого количества валютных обменников. «В «Артеме» только по Киеву работала сеть из 150 обменных пунктов. Его менеджменту сообщили, что будут рассматривать аргументы о жизнеспособности банка только в том случае, если эти обменники будут закрыты. Банк тут же закрыл свои и агентские ПОВы, а уже на следующий день вся эта сеть перешла к банку «Софиевский», – рассказывает финансист.

Таким образом, «Софиевский» стал одним из ключевых игроков на рынке валютного обмена в столице. «И ему за это никто ничего не предъявляет, потому что одним из «теневых» акционеров этого банка является винницкий бизнесмен Владимир Продивус. У него хорошие связи в Администрации президента (Петр Порошенко – из Винницы. – Forbes), – говорит один из участников «обменного» рынка, который также стремится сохранить инкогнито. – Все знают о Продивусе, и молчат – хотя его Уникомбанк сейчас находится под временной администрацией, и он ну никак не мог получить разрешение на покупку акций банка – даже через подставных лиц». Нацбанк, кстати, участие Продивуса в капитале «Софиевского» категорически отрицает.

«Четко прослеживается избирательный подход. Нам говорят: покажите конечного собственника или останетесь без лицензии. И при этом до сих пор не разобрались с Платинум Банком (реальными владельцами которого называют одесских бизнесменов Бориса Кауфмана и Александра Грановского), Фидобанком (реальным собственником называют Юрия Колобова) и другими, – сетует один из банкиров. – Нам говорят о требовании безупречной деловой репутации, при этом по самому директору департамента банковского надзора НБУ ведет следствие прокуратура (речь идет о выводе средств из Платинум Банка по фиктивным импортным контрактам в период, когда и.о. предправления банка была Екатерина Рожкова. – Forbes). Нам говорят – не занимайтесь обналом. Хорошо, а вы смотрели, что творится в Ощадбанке? Кому выдаются лицензии на переводы без открытия счетов?»

При этом в самом Фидобанке в очередной раз подчеркнули Forbes, что у регулятора нет претензий к их юридическим собственникам. Напомним, что по информации НБУ, конечным бенефициаром банка является Александр Адарич.

«Информация о новой структуре собственности была подана в НБУ в установленные сроки и соответствует требованиям законодательства. Собственником 100% акций Platinum Bank является компания PT PLATINUM PUBLIC LIMITED. При этом Григорий Гуртовой является опосредованным собственником существенного участия в Platinum Bank, что дает ему право на основании доверенности самостоятельно принимать решения без участия акционера», – рассказали в Платинум Банке.

По словам банкиров, от них – под угрозой закрытия бизнеса – требуют полной прозрачности бизнес-модели. При этом остается абсолютно нераскрытой модель у банка «Авангард», принадлежащего экс-партнерам Валерии Гонтаревой, или АккордБанка, принадлежащего мужу замминистра финансов Оксаны Маркаровой Даниилу Волынцу.

Банкиры видят в таком подходе, с одной стороны, желание функционеров Нацбанка перераспределить рынок в пользу «правильных и подконтрольных» учреждений. С другой – способ максимально перекрыть каналы неконтролируемого вывода валюты в наличную форму. Именно для этих целей разработана так называемая кластеризация и принято постановление №778 о признаках рисковой деятельности банков, в котором вводится принцип «оценочного суждения» – признание операции рисковой без каких-либо доказательств, а только лишь на основании оценки соответствующего специалиста в самом банке, а затем – при контроле – в НБУ.

Практический пример использования этой методики надзора и ее цель можно проиллюстрировать письмом НБУ №25-02002/101317 «Об использовании индикаторов подозрительных финансовых операций». Согласно письму, уполномоченные банки теперь обязаны сформировать заключение об отнесении/не отнесении данной операции  к категории подозрительных по каждой валютной транзакции. Если операция будет признана банком подозрительной – выполнять ее нельзя, потому что при последующем контроле в НБУ банк вообще могут лишить лицензии.

То есть финучреждения, в соответствии с «индикаторами подозрительных финансовых операций», теперь сами должны отказывать своим клиентам в покупке валюты и проведении платежей за рубеж. «Если раньше банки, в основном, принимали все эти платежи, а потом сами «бодались» с НБУ за свои заявки на покупку валюты, то теперь добавилась еще и обязанность (ответственность) банков за анализ таких операций. То есть с точки зрения клиента появилась еще одна инстанция, которая может отказать в валютном платеже, – поясняет один из финансистов. – Теперь с точки зрения НБУ все просто: подаешь много заявок на покупку валюты – ага, рисковый! Будем тебя «закрывать»…

В результате подобных нововведений лимиты на межбанковском кредитном рынке друг на друга закрывают даже банки первой и второй групп по классификации НБУ – существует высокая вероятность, что завтра чей-либо контрагент будет признан «рисковым» и выведен с рынка.

Следующим итогом надзорных новшеств, подозревают банкиры, станет переманивание клиентской базы в ряд банков, которые в НБУ сочтут «правильными». «Проще говоря, они искусственно уничтожают конкуренцию на финансовом рынке – импортеры будут сконцентрированы в одних банках, МСБ – в других, транзакционный бизнес – в третьих, а ценные бумаги – в четвертых. Потому что им в Нацбанке так легче надзирать», – разводит руками предправления одного из небольших финучреждений.

По его убеждению, этот подход можно было бы признать правильным, если бы не одно «но» – оценка чиновниками регулятора, кто может заниматься конкретным бизнесом, а кто нет – очень избирательна. Клиентов мало, и потому конкуренцию искусственно не допускают. «Например, они уже трактуют операции с госбумагами так, что лучше их вообще не делать – потому что это, якобы, механизм выведения прибыли из госбанков. В итоге весь этот рынок еще больше концентрируется на инвесткомпании ICU, принадлежащей бывшим партнерам Гонтаревой», – утверждает эксперт.

«Банковский рынок оказался в ситуации, когда необходимо создать структуру, которая сможет быть третейским судьей между НБУ и комбанками. Без существования такого органа – например, в виде апелляционной комиссии – интересы участников рынка не будут защищены от субъективных решений чиновников», – подчеркнул в комментарии Forbes председатель Украинской межбанковской валютной биржи Анатолий Гулей.

Но ключевая проблема, которую создают новые подходы НБУ к банковскому надзору, это невозможность оспорить принимаемые регулятором субъективные решения. Применение оценочного суждения для определения рисковых операций и последующая реакция НБУ не может быть оспорена. А это – возможность использования служебного положения не только для «зачистки» рынка под конкретных игроков, но и механизм для коррупции.

http://forbes.net.ua/

Читать также:

НБУ переглянув критерії групування банків на 2016 рік

В тисках НБУ: какую цену Украина платит за валютные ограничения

За полтора года в Украине ликвидировали четверть банков

НБУ отдаст в бюджет больше 65 млрд грн своей прибыли

В Эстонии создали Банк счастья

 
< Пред.   След. >
2007-2016 Сайт Деньга создан чтобы помочь Вам достичь материального благополучия. Материалы сайта раскрывают тематики Инвестиции, Создание собственного бизнеса, Карьерный рост, Образование. Ресурс ориентирован на украинскую аудиторию, но может быть полезен всем. Редакция не несет ответственности за достоверность информации, опубликованной в рекламных материалах. Использование материалов Деньга разрешено только при наличии активной ссылки на главную страницу портала www.denga.com.ua